Версия для печати. Кузьмич. (Интрадэй) Часть I - Часть V - копирайтинг

Портфолио копирайтеров на TextSale.ru - Статьи на тему "Форекс, биржи, валюты"


Рассказ написан по заказу ДЦ Акмос Трейд. Публиковался в журнале "Валютный Спекулянт" с 26 июня 2010 г. по 27 июля 2010г. в пяти частях.

Степан Кузьмич в Старых Опёнках числился рыбаком заядлым и, что немаловажно, удачливым. Так уж с детства повелось. Как только спадал весенний паводок, малолетний шкет по прозвищу Кузьмичёнок, день–деньской пропадал на речке, обшаривая с удочкой многочисленные старицы и заливчики, коими славилась река, и которые в изобилии присутствовали в окрестностях села. И почти всегда к вечеру притаскивал домой изрядный улов из вполне приличных карасиков или чебачков, а иной раз и пару-тройку совсем уж неплохих подъязков. Иногда, под выходной день, деревенские мужики, насмотревшись на мальца, сговаривались и, взяв небольшой бредень, усердно месили грязь и тину в ближайшей старице, пугая лягух и пиявок. А потом, распивая неизменную бутылочку под жидкую ушицу из хлипкого улова с изумлением наблюдали, как этот самый малец, из этой же самой старицы, только что «проутюженной» вдоль и поперёк, одного за другим таскает жирных карасей. А пацан, с усмешкой поглядывая на незадачливых рыбаков, деловито насаживал карасиков на кукан, шмыгая простуженным носом, да почёсывая искусанные комарами ноги, от воды да грязи до колен сплошь покрытые цыпками. Мужики только сплёвывали в сердцах, вот же незадача, и где ж он их там находит-то?

Страсть к рыбалке Кузьмич пронёс через всю жизнь. Впрочем, иногда делая небольшие перерывы. Вот так, в «перерывах», закончил учёбу, отслужил армию, женился. Отработал в колхозе, который несколько раз успев переменить и имя, и «форму», стал, наконец, «Агрофирмой» (что, впрочем, пролетело мимо Кузьмича, увлечённого страстью, как-то совершенно незаметно). Выработав положенный срок, «совмещая» работу с рыбалкой, Кузьмич наконец-то вышел на пенсию. Теперь-то уж ничто не мешало заняться любимым делом с полной самоотдачей. «Кузьмичиха», всю свою жизнь, боровшаяся с пагубной привычкой мужа, тоже как-то поуспокоилась и, даже начала получать некоторые доходы от этого увлечения, продавая излишек рыбы приезжающим на лето из города дачникам.

И тут на каникулы приехал внук Вовка. Его родители (а деду с бабкой родная дочь с зятем), по телефону жаловались, что сын совсем свежего воздуха не видит, проводя дни и ночи за компьютером (внучёк учился на программиста) . Вот на общем совете и решили отправить чадо на лето в деревню, на «свежий воздух и экологически чистые продукты». Вовка нехотя согласился, но поставил условие: «Компьютер беру с собой, мне ещё программы писать надо!»

Дед, глядя на растерянного парня стоящего в окружении коробок посреди пустой «детской» комнаты (кровать, этажерка (с ещё дочкиными книжками), кадка с фикусом, да пара табуреток), крякнул в замешательстве и, выяснив, что ж так расстроило–то внука, почесал затылок.

– Ну, это не беда! Ты пока свою «проводку» сюда из горницы тяни (телефон-то там!), а к вечеру у тебя и стол компьютерный будет!

И точно, к вечеру «детскую» было не узнать. На добротно сколоченном из струганных досок столе (занявшем почти половину и так небольшой комнаты), покрытым новенькой клеёнкой (бабка расщедрилась для внука и выдала из своих запасов), громоздилась Вовкина аппаратура. Фикус и этажерку пришлось вынести, поскольку кроме кровати и табурета в комнате больше ничего не поместилось. Но внук был счастлив, дед доволен и только бабка грустно вздыхала, глядя на тощего и бледного внука. Ну да ничего! И отъестся, да и воздухом надышится, уж в этом-то бабка (зная своего Стёпушку), ничуть не сомневалась. Да и внучёк-то вроде бы не прочь с дедом на рыбалку сходить, вон, как шустро червяков накопали и удочки приготовили на завтра…

Лёгкий предутренний туман, слабо колыхаясь, стелился молочной дымкой над тёмно-синей гладью сонной реки. В светло-голубом, бледнеющем небе одна за другой гасли звёзды. Какая-то ранняя птаха, попробовала, было, подать голос, но деревенские петухи возмущённые таким «нахальством» тут же заглушили её своими громкими и истошными воплями, по какому-то нелепому недоразумению получившими звучное название - «петушиное пение».

Надёжно привязав лодку к кольям, загодя вбитым в дно речного заливчика, дед осмотрелся.

– Вот, сегодня здесь рыбачить и будем, тут у меня на карасей место прикормлено. Любишь, небось, карасей-то в сметане? То-то же!Сначала на червя попробуем, а не будет клевать на червя, так и на мотыля перейдём, вот только маловато его у меня осталось. Ну, да ничего, на сегодня хватит, а для следующего раза опосля намоем. У нас ещё всё лето впереди!

Внук с интересом вертел головой разглядывая «клёвое» место.

- На японские свечи походят!

Вовка кивнул на стену из камыша и рогоза, которым густо поросли берега заливчика.

– Если сильный ветер подует, и шишки начнут качаться, то… совсем как на графике получится, вверх-вниз, вверх-вниз!

Кузьмич с сомнением взглянул на камыш, затем на светлеющее небо, даже зачем-то несколько раз втянул с силой воздух ноздрями, словно принюхиваясь к чему-то (впрочем, так оно и было).

– Не-е, сегодня ветра не будет, так, разве что с утра слегка! А камыш гореть не будет, он же сырой сейчас, какие ж из него свечи? Ты попусту-то разговоры не разговаривай, лучше донки приготовь. Вот закинем, потом уж и поговорить можно будет, только тихонько. Рыба шума не любит, особенно карась.

Рыбаки, насадив червей, забросили по две удочки. Чтоб не мешать, друг другу, дед закинул свои донки в одну сторону, а внук в другую. Глядя на улыбающегося внука, Кузьмич не выдержал.

– Ты чего лыбишься-то? Чего смешного углядел?

– Да вот, мы с тобой дед как два трейдера. На одну рыбу нацелились, а позиции в разные стороны открыли. Один вверх, другой вниз. И грузик на донке как стохастик – туда-сюда колеблется. Ай! Дед! У меня, кажись, клюёт!

Лёгкий грузик возле кончика удилища и впрямь, несколько раз слабо дёрнувшись, вдруг резко подпрыгнул и мелко задрожал на туго натянувшейся леске.

– Подсекай! – шёпотом взревел дед. Внук резко дёрнул удилище на себя, чуть не оборвав поводок (но тот, слава богу, выдержал неуклюжую «подсечку»). Вскоре некрупный карасик уже трепыхался на дне лодки. Сурово глядя на смущённого Вовку, дед выговаривал:

– На рыбалке-то не спать надо и не трындеть попусту, а делом заниматься! И кто ж так подсекает! Ты ж чуть не оборвал всё. Надо осторожно, плавно – потянул и, чуешь что рыба «села», резко наколи её, и всё! А ты ж карася на полметра, если не больше, с места «сорвал». Хорошо леска выдержала…. А если б покрупней, попался? Да оборвался бы он, и вся недолга!

Внук сконфуженно развёл руками.

– Да ты так рявкнул, что я машинально. Учту Дед! Не боись, мне хоть на речке и не приходилось рыбачить, но кое какой опыт есть – и подсекать, и «профит» выводить приходилось!

– «Профит»! «Трейдер»!. Нахватался, там у себя в городе словечек всяких новомодных. Ну, да ладно, давай дальше рыбачить. Заодно расскажи, кем хоть станешь-то, когда отучишься. А то дочка так толком и не объяснила. Что ж за профессия у тебя будет?

За неспешным разговором (говорил больше внук, а дед слушал, да иногда переспрашивал), незаметно летело время. Дед выяснил, что внучёк собирается посвятить себя разработке компьютерных программ для торговли на рынке Форекс. Вовка, смущаясь, признался, что уже сделал несколько «индюков» (это дед, индикаторы такие, а не птицы!), только вот толку с них пока мало. Но есть намётки и задумки, надо только правильно всё скомпоновать и, тогда уж точно, можно будет наверняка заработать. А пока есть небольшой счёт, на котором внучёк торгует «вручную». Дед только качал головой.

– Ты совсем как твоя бабка-спекулянтка! Та тоже у меня задарма рыбу берёт и дачникам продаёт. А мне фиг когда бутылочку поставит! Я хоть и не увлекаюсь, но всё же иной раз и нужно для дела. Да и для здоровья – особенно после бани! Но я тоже, не промах! Иногда и «мимо» бабки рыбку-то отдаю.… У путного мужика завсегда загашник должен быть! Вот только твоя бабка хуже фининспектора! Все мои тайные места знает, а спрячь заначку в другое место, так и сам забуду где!

Услышав от внучка про электронный кошелёк, Кузьмич похихикал, вот уж действительно тайное место, куда бабке при всём её желании не дотянуться! Жаль только, что деду завести его негде. Не покупать же компьютер для этого, соседям на смех. Хотя уж у многих эти дорогущие игрушки были, но, то для детей – внуков, не для себя. Да и электронная карта у деда была (туда пенсия приходила), и почти во всех поселковых магазинах эту карту принимали.

Карась «брал» хорошо и к полудню дед решил, что «на сегодня хватит». Причалив к берегу, отложил десяток карасей покрупнее и, завернув их в газету, протянул Вовке.

- Сбегай до Фомичёвых, передай ихним квартирантам, мы вчерась договаривались. Да смотри, на обратном пути бабке-то на глаза не попадись! А то, что передадут. За банькой заховай, потом покажешь где! А я пока бабку отвлеку! Во! Почти два ведра! Ей теперь до вечера хватит… cпекулировать!

На следующее утро Кузьмич вновь утянул Вовку на речку, пообещав рыбалку на крупного язя. Рыбачили уже в другом месте, теперь лодка была привязана к толстому бревну, заякоренному цепью за дно.

- Это чтоб каждый раз место не искать. Тут яма глубокая, самое место для язя, да и прикармливаю его…

Снасть была посолидней вчерашней, сразу видно, на крупную рыбу. Вовка опять заулыбался.

- Дед, а у тебя что, на всякую рыбу снасть есть?

- Конечно! А как же иначе? Карась – одно, язь – другое, на щуку так вообще блесна нужна, хотя бывает и на крючок попадается, но мелкая!

Вот окунь, тот на всё может взять, опять же от размеров зависит. А ты чего опять лыбишься?

- Да у тебя, дед, и вправду, целая ТС есть! И под каждый случай. И крючки твои разных размеров, как лоты. Наверное, и фундаментальный анализ и технический, тоже есть?

Так, под лёгкие и добродушные взаимные подковырки вновь прорыбачили до обеда. Вовка увлечённо рассказывал деду про торговлю, а тот внуку про повадки рыб и где какую сподручнее поймать. Рыба клевала уверенно и, хоть в основном это были подъязки, но попались и два «кабана». Причём обоих поймал Вовка. С лёгкой завистью дед посетовал, что новичкам завсегда везёт. На что внук, согласившись с дедом, рассказал пару историй о новичках на форексе, которым так же повезло поначалу, но те, возомнив себя «крутыми Трейдерами», в итоге, всё же «слились».

Но на следующий день Вовка идти на рыбалку отказался.

- Дед, мне ж и впрямь надо программы писать, и учить ещё много чего… давай, до следующих выходных отложим?

- А причём тут выходные? У тебя каникулы, у меня пенсия. Мы ж с тобой вольные казаки, гуляй – не хочу!

Внук немного помялся и нехотя признался.

- Так это, я ж ещё и поработать на счёте хочу. А торговля только в будние дни и круглосуточно, вот и приходится иногда допоздна засиживаться. Какая уж тут рыбалка!

- Да? Ну, ладно. Мне тоже кое-что по дому надо сделать. Пожалуй, устрою себе выходной от рыбалки, а то бабка твоя совсем меня «запилила». И то ей надо и другое, будто не знала, когда замуж за меня выходила, что «рыбак да охотник в доме не работник»!

Дед, посмеиваясь, оставил внука в покое и до вечера и вправду что-то колотил и чинил во дворе, приятно удивив супругу. Вечером, управившись с делами, заглянул в комнату внука.

- Не помешаю?

Получив утвердительный кивок, и истолковав его в свою пользу, дед захватил из кухни кружку с густым ароматным чаем и табурет, пристроился сбоку от стола и несколько минут в молчании пялился на монитор. Вовка в задумчивости разглядывал график, переключаясь с одного таймфрейма на другой, изредка вздыхая с явной грустью.

- Ты чего это загрустил-то, а? Или не выходит что-то?

- Не выходит, в том-то и дело. Я позицию на покупку открыл, да видно зря. Видишь, дед, цена стоит на месте, ни взад, ни вперёд. И закрываться не хочется, я в минусе, хоть и небольшом пока, но всё же. И никакой определённости. Может и вверх пойти, а может и вниз. Вот видишь, это полосы Болинджера, верхние называются «местным уровнем сопротивления», и почти сошлись на всех тайм фреймах, а значит, сопротивление возрастает и пробить его всё труднее, хотя если пробьет, то может сильно вверх пойти. Вот только вряд ли - нет для этого повода! И зачем только купил? Эх! Увлёкся. Не подумал как-то! А вот этот индикатор, «стохастик», видишь, он и впрямь напоминает грузильце на донке, особенно на минутках. Так же колеблется и дрожит. А это японские свечи. Правда, немного напоминают камышовые шишки?

Кузьмич присмотрелся и кивнул.

- Ага, особенно стохастик, и впрямь как сторожок, так и дёргается, так и… А у тебя, похоже, клюёт!

Вовка приник к экрану, рука нервно ухватилась за мышь. Свеча всё яростней начала «бодать» уровень, понемногу продавливая его вверх. Дед и внук затаили дыхание, наблюдая за яростной атакой. И свечка рванулась ввысь! Следом нарисовалась ещё одна и так же резво поскакала вверх!

- Подсекай!

От дедовского вопля Вовка подпрыгнул чуть не до потолка. Палец машинально клацнул по мышке и ордер благополучно закрылся!

- Дед! Ты что! Ты зачем? Да ты хоть понимаешь, что ты наделал? Я ж ордер закрыл!

В словах внука сквозила обида.

- Я ж ещё мог позицию держать! Сейчас ещё расти будет, мы ж уровень пробили! Ты чего головой мотаешь? Как это, в другую сторону забрасывать? Почему? Да что ты в этом понимаешь! А-а-а! Тебя фиг, когда переспоришь, ну вот смотри, специально для тебя! Сейчас всё, что только что заработали, на ветер пустим!

Вовка во время скоротечного спора с дедом открыл ордер и одновременно почти плачущим и в то же время торжествующим голосом театрально воскликнул «Продано!» и демонстративно отодвинулся от стола, небрежно откинув в сторону мышь. С лёгким хлопком ордер исчез с экрана монитора, известив, что сделка заключена успешно. И словно специально дождавшись этого момента, на экране нарисовалась большущая свеча вниз, перечеркнув не только планы на дальнейший рост, но и заткнувшая рот Вовке. Тот было попытался вновь ухватиться за мышь, но дед перехватил руку внука, и яростно зашептал в ухо:

- Пусть поводит! Крупняк сел, такой завсегда приманку сначала вверх подкинет, потом пожуёт - выплюнет, и только после этого заглатывает! Дай заглотить, не жадничай!

Вовка с тоской следил за тем, как цена вновь резво помчалась вверх. Не надо было деда слушать! Вверх, конечно, открываться сейчас опасно, но весь профит от падения, того и гляди, превратится в дым. Эх, пенёк старый, помешал! Но тут рост застопорился, и цена вновь замерла почти на месте. Вовка мрачно посмотрел на деда.

- Ну что? Теперь можно и закрываться? Почти всё спалили. Почему нет? Дед! Это тебе не рыбалка, тут твои интуиции и гроша ломаного не стоят! Это…

Но тут цена, вновь прыгнув на пять пунктов вверх, неожиданно полетела вниз!

- Можешь подсекать! Ниже уже не будет сегодня!

Негромкий, насмешливый голос деда привёл в чувство внука и, тот не колеблясь больше ни секунды, закрыл ордер. Немного оторопело посмотрел на полученный профит и, с трудом отведя глаза от истории счёта, в немом изумлении уставился на деда.

- Дед! Ты представляешь? Я, то есть мы, сегодня заработали сто двадцать пунктов!

- Ну и что? На хлеб их, что ль намазывать?

- Да ты не понимаешь! Это ж по шестьсот американских рублей на каждого приходится! Я ж по запарке крупным лотом пошёл! Хотел пунктов десять «срубить» по лёгкому, а получилось-то о-го-го!

- Ну и что? Мне теперь за ними, рублями–то этими, что в Америку, что ль прикажешь ехать? Так «рупь – перевоз»!

- Зачем в Америку? Хочешь, я тебе их прямо на твою карточку переведу? Если в рублях, то примерно восемнадцать тысяч получится, но убрать комиссии за перевод, думаю, тысяч пятнадцать-шестнадцать будет, считать надо!

- Сколько?

Кузьмич машинально отхлебнул остывший чай и недоверчиво уставился на внука.

- Пятнадцать? А не врёшь? Бог ты мой, так это ж моя пенсия за три месяца! И что, самые настоящие рубли, в смысле на них и купить что-то можно будет? Ну, ничего себе!

Три дня Кузьмич пребывал в задумчивости и даже ни разу не поспорил с супругой, согласно кивая головой и соглашаясь со всем, что она говорила и предлагала. Чем ввёл свою «дражайшую половину» в полный тупик и лёгкую панику. Уж не заболел ли? На четвёртый, пристал к внуку, приведя и того в полное изумление и растерянность.

- Научи!

Никакие отговорки не помогли и Вовка (костеря себя за длинный язык) , понемногу начал рассказывать «выжившему из ума» деду про азы Форекса. Но постепенно увлёкся. И теперь вечерами (дед после рыбалки, внук после самоподготовки), «старый да малый» увлечённо сидели у компьютера, на практике применяя полученные знания. По выходным дружно отправлялись на реку, но и там не столько рыбачили, сколько обсуждали различные стратегии, впрочем, на уловы это не влияло. Пролетело лето. Вовка загорел, отъелся и окреп. Пришла пора уезжать. Дед засобирался в город с внуком, надо и дочку повидать, да и кое какие покупки сделать.

Обещался за три дня обернуться. Но загостился и приехал только через неделю, приведя супругу в полный ступор городскими гостинцами! А она-то гадала, чего ж это Стёпушка сразу-то, стол не разобрал в «детской», пока Вовка-то дома был, мог бы и помочь. Целую неделю супруга не разговаривала с мужем, а тот этого вроде и не заметил вовсе! Наоборот доволен был, что никто не мешает. Вовка все настройки на компьютере ещё в городе установил. Но всё равно, одно дело, когда под рукой «специалист» и совсем другое, когда справочник! Но понемногу дед освоился. И, наконец, пригласил свою «лапочку» в комнату, пообщаться с дочкой по скайпу. «Общение» прошло успешно. Излив душу дочке, Кузьминична немного успокоилась, но на всякий случай пригрозила деду разбить «ящик», если хоть раз увидит, что тот пялится на голых баб. Придя к взаимному согласию, что тот не станет «развратничать» и по первому требованию будет допускать бабку до разговоров с дочкой «по телевизору», супруги вновь зажили дружно и мирно.

Вот только жизнь Кузьмича теперь резко изменилась. Да и «рыбачить» теперь он ходил на «поток», а не на речку.

Высокая и густая трава белёсая от выпавшей под утро росы почти скрывала узенькую тропку, нависая над ней клубами невесомого дыма. Рыбацкие бродни до самого бедра глянцево чернели от обилия влаги, щедро пролившейся с отяжелевших кустиков. Небольшой рюкзачок за плечами да два удилища в руке. Что ещё надо человеку для полного счастья? Конечн,о речку! Ну и клёв хороший, хотя для опытного рыбака и это необязательно…

Вот вроде бы ещё совсем недавно приезжал на каникулы внук-студент, нечаянно для себя подбивший Деда заняться торговлей на Форекс. А сколько уж времени пролетело! И Вовка теперь уже не студент, а «широко известный в узких кругах» специалист по программированию. И авторитетом пользуется заслуженным, и зарабатывает прилично. Только всё ещё носится с идеей создать «Грааль», периодически сообщая деду, что «вот-вот», «ещё чуть-чуть», но каждый раз, что-нибудь да «не срастается». Так и не может понять по молодости своих лет, что опыт и навык и есть тот самый «Грааль», жаль только, что всё это приходит тогда, когда по большому счёту уже ничего и не нужно. Впрочем, Кузьмич и не жалел, что во времена его молодости форекса не было, зато была рыбалка. И теперь эти две, казалось бы, далёкие друг от друга вселенные вдруг непостижимым и причудливым образом сойдясь вместе не уничтожили, не разрушили друг друга, а гармонично слились воедино, создав новый мир, недоступный для понимания никому, кроме самого создателя. И даже Вовка, присутствующий при зарождении этого Мира, и, по сути, давший толчок к его созданию, так до конца и не понял, как же это его дед сумел за столь короткое время проделать столь длинный путь? А сам Кузьмич только недоумённо пожимал плечами. Для него по существу ничего и не изменилось, разве что снасть другая, а так… та же рыбалка, и он по-прежнему всё тот же рыбак!

Тропинка, вильнув в последний раз, выскочила на широкую асфальтовую дорогу перед самыми лодочными гаражами. На въезде стояли ажурные чугунные ворота, закрытые по случаю раннего утра. На воротах влажно и загадочно мерцали витиеватые буквы - «Лодочная станция Акмос», чуть ниже висело объявление: «гаражи и лодки напрокат». Пройдя через калитку, Кузьмич приветливо поздоровался с охранником (за столько-то лет уж успел со всеми перезнакомиться, начиная от рядовых сотрудников и заканчивая руководством). Прошёл к своему доку и, набрав на замке код, вошёл в личный гараж (охрана – охраной, но лишняя предосторожность не помешает. Мало ли прохиндеев шляется в округе, не столь украдут, сколь всё вверх дном перевернут да напакостят, прибирайся потом! Бывали и такие случаи, редко правда, ну да «бережёного Бог бережёт»!).

Любовно осмотрел красавец-катер, надёжный и крепкий (не одну бурю уже совместно пережили, даст Бог, и другие переживём). По борту золотом сверкали буквы: «Кузьмичёнок». Не стал Дед заморачиваться в поисках «звучного» названия, когда только приобрёл катерок, дал то имечко, что и сам в детстве носил. Движок вот только слабоват, куплен ещё на те самые деньги, что совместно с внуком заработали в то памятное лето. Вовка давно уж советует заменить его новым, но Кузьмич всё отнекивается. Жалко со «старичком» расставаться, да и тянет он пока исправно. Конечно, на Потоке всякой гадости хватает, нет – нет, да и «засосёт» в движок, какого-нибудь особо хитромудрого «модифицированного» червяка, или вирус какой «прицепится». Но Кузьмич бдительно смотрел за здоровьем кормильца, и в случае чего, тут же вызывал внука. Тот всё бросал, немедленно приезжал и перебирал движок «до винтика», попутно пеняя деду на его скупость. Кузьмич только кряхтел смущённо, ну как объяснить Вовке, что не скупость это вовсе, а… суеверие, что ли? Ну, разве можно объяснить словами то «родство душ», что установилось у деда и «бездушной машины»? «Ветераны» с полуслова понимали друг друга, да так, что иной раз и непонятно было кто «ведёт» катер, то ли Дед, то ли «старичок»!

Кузьмич включил радио, настроенное на последние новости. Молодой мужской голос уверенно и напористо вещал: «Мы держим шорты…». Дед ехидно ухмыльнулся: «Ага! Держите крепче, а то спадут, сраму потом не оберётесь!» – и переключился на другую волну. Там два дипломированных специалиста-гидролога вели ожесточённый и нескончаемый спор по поводу событий, ныне происходящих на Потоке. Дед озадаченно хмыкнул и сокрушённо покачал головой: «Ну, надо же, до сих пор не договорились! Сколь помню, всё спорят и спорят (и деньги за это получают!). Вот уж работка у людей – «не бей лежачего»! С утра до ночи на бережку сидят, пивко попивают да на Поток поглядывают. Только один при этом ещё и волны как-то считать умудряется (путается иногда правда – пивко-то оно не каждому впрок), а другой по вбитым в дно Потока планкам уровни спада-подъёма отмечает. И вот то один радостно вопит: «Смотрите! Подтвердилось! А я ведь ещё неделю назад предупреждал, это «третья в пятой» пошла»! То другой, не менее торжествующе: «Как я и предполагал всего две недели назад…». И всё бы ничего. Да только вот рекомендации они выдают совершенно противоположные, поэтому и того, и другого Кузьмич слушает только ради «спортивного интереса», а советы специалистов пропускает мимо ушей, полагаясь только на себя, да на свою интуицию. Кузьмич вновь переключил приёмник, на этот раз на сводку погоды. Услышанное не порадовало: «Третий день на Потоке затишье, лёгкий северный флэт и слабая облачность Ишимоку в сочетании с кратковременными осадками в виде малозначительных новостей не позволяют сделать основательных и уверенных прогнозов о дальнейшем развитии событий».

– Ха! Можно подумать, что они хоть в чём-то и когда-то, хоть раз были основательно уверены!

Кузьмич выключил приёмник и позвонил своему диспетчеру (так он по старинке именовал менеджера). Хорошая (и хорошенькая!) барышня, отзывчивая, а главное терпеливая. Уж «Олюшка» (так её ласково звал Кузьмич) намучилась поначалу с Дедом, объясняя ему тонкости и премудрости «кораблевождения». А вот, поди ты, ни разу не нагрубила и не наговорила лишнего, когда Дед только осваивал «азы навигации» и постоянно «порол косяки». Вот и сейчас, доложившись, что выходит на Поток и, убедившись, что Олюшка на месте, Дед перебросился с ней парой шуток, рассмешив девушку до слёз. Вроде бы и скромная должность у Ольги, но случись с Дедом какая беда на Потоке (мало ли, движок встанет в бурю или навигация отключится), только от неё и будет зависеть, придёт ли катер к причалу или сгинет без следа в бушующей пучине!

Катер приветливо качнул бортом, принимая своего хозяина. Пальцы привычно забегали по кнопкам, включая тестирование двигателя. Пошла обычная проверка систем обеспечения. Кузьмич давно взял за правило на неисправной технике на Поток даже не соваться, себе дороже выйдет. Лучше уж лишний раз впасть в панику и вызвать внука, чем болтаться без руля и ветрил посреди Потока, ожидая пока хрупкая Олюшка с помощью хитрых манипуляций приведёт катер к причалу на автопилоте. Да и Вовка не обижался, если Дед его зазря из города выдёргивал, а на полную катушку наслаждался нечаянным коротким отпуском в деревне. Закончив тестирование и убедившись, что всё «фунциклирует» нормально, Кузьмич взялся за штурвал. Ну, с Богом!

В отличие от многих рыбаков, в том числе и не новичков, выходящих на Поток по принципу «наобум Лазаря», Дед никогда не отправлялся на «рыбалку», тщательно к ней не подготовившись. И даже в такую «неклёвую погоду», у него была пара заветных местечек, где можно было взять не только небольшой профит, достаточный чтоб окупить потраченное время, но при удаче и «на жарёху разжиться»! Именно в такую погоду подросшая молодь трейдерят решается покинуть тёплые мелководные заливчики Потока и небольшими косяками устремляется к основному руслу. Не рискуя сразу же окунуться в глубокие и холодные воды, они некоторое время крутятся на «свале» с мелководья в глубину, вот тут-то их и поджидают опытные Рыбаки.

Прибыв на место, Кузьмич привычно осмотрелся. Метёлки камыша еле заметно покачивались, подтверждая слова о слабом северном флэте. В соседнем заливе, на самом мелководье замерла лодка Фартового. Откуда у него такое прозвище Дед никогда не интересовался. Хотя порой и перебрасывался с Фартовым парой слов, но особой дружбы с ним не водил, считая его халявщиком и лентяем. Так и норовит подсмотреть, кто на что рыбачит, а при удаче и пристроиться рядом. И к Деду пытался. Да тот так его шуганул, что «любитель халявы» потом месяц на глаза не показывался.

В недавнем прошлом неизвестно на какие шиши Фартовый приобрёл заморскую фирменную катушку. И уже успел всем уши прожужжать, что, мол, она «полный автомат». Сама «вычисляет» когда и куда забрасывать, сама глубину выставляет и добычу подсекает и в сачок заводит! Рыбаку только и остаётся что «золотинки-чешуинки» из монетоприёмника в кошель переложить да потратить! Да вот только что-то ни «фарта», ни «чешуинок-золотинок» в последнее время у Фартового не было. Да и откуда им было взяться, если, всецело полагаясь на фирменную катушку, он только и делал, что целыми днями беспробудно дрых в лодке! Вот интересно, а ночью он тоже спит, или всё же бессонницей мается?

Встав на якорь у самого «свала», Кузьмич придирчиво осмотрел снасть. С лёгким сожалением отложил в сторону одно из удилищ. Жестковато будет, нет для него сегодня подходящей добычи. Взяв в руки второе, примерился, несколько раз, на пробу взмахнув им в воздухе. Самое то, вот только сторожёк, пожалуй, всё же надо заменить и поставить пятиминутный стохастик, что уж совсем-то мелочь ловить! Достав коробку с наживкой, захватил щепоть и аккуратно опустил у борта. Внимательно наблюдая, как прикормка медленно опускается на дно, попутно отметил и прозрачность воды (придётся подальше от катера забрасывать) и то, что никаких подводных течений не наблюдается (а значит, прикормку можно закидывать именно туда где и будет крючок). Невольно улыбаясь, засмотрелся на забавную сценку. Две мелкие и шустрые йены оседлали отливающего зеленью и отчаянно отбивающегося жучка, не то, пытаясь отгрызть у него усик, не то, решив на халяву на нём прокатиться. В это время малёк-трейдерёнок мелькнув золотистой чешуей, выскочил с глубины и заграбастал в пасть всех троих. Не в силах заглотить столь непомерную для себя добычу он, расшиперив плавники и выпучив глаза, так и опускался на дно, не в силах от жадности отпустить хоть что-то. Уже на самом пределе видимости внизу промелькнуло что-то тёмное и, трейдерёнок исчез. Может это вода бликанула на солнце, а вполне возможно и сам «охотник» стал добычей более крупного собрата. На Потоке водились только хищники, никаких вегетарианцев тут отродясь не было. А если б и завелись, так их бы тут же и съели!

Хорошие удилища у Кузьмича, не раз проверенные в деле. И катушка, хоть и не импортный «полный автомат», а вполне «отечественная ТС». Но зато знакомая до винтика, не единожды испытанная, настроенная под себя. Хоть и пришлось попотеть на пару с внуком, раз за разом, разбирая и вновь собирая агрегат, пока не добились нужного результата. Зато теперь дед уверен, что не подведёт его «родная ТС», не заклинит в ответственный момент, не упустит профит.

Прикинув возможные размеры добычи, Кузьмич установил «отсекатель». С этими стопами одна морока, но и без них нельзя и лучше устанавливать сразу, а не впопыхах во время вываживания. Был с дедом случай, когда не очень-то и крупный подинвестор (скорее уж трейдер-переросток), трепыхнувшись у самого борта, что называется на последнем издыхании, не только сам умудрился уйти, но и ещё изрядный кусок лески с собой унёс, вогнав деда в убытки. А всё почему? Да потому, что «стоп» слишком близко в горячке азарта подкрутил, вот и сработал отсекатель неожиданно, обескуражив Деда (да и добычу, наверное, тоже!). Опять же, установишь отсекатель на максимум, так не дай Бог на крючок «крупняк» сядет, или того хуже - «топляк», что течением несёт, зацепишь. Пока спохватишься, да пока разберёшься, что к чему. Не только всю леску смотают, но бывали случаи, что и лодка ко дну шла! Да и крючок («лот» по местному), тоже надо с умом подбирать. На крупный-то и насадка нужна солидная, а если в воде одна мелочь? Склюют всё! Оставив только голый крючок, а так никого и не подцепишь. Опять же, на мелкий крючок ничего путного не поймаешь, хоть и будет вокруг стоящая рыба «кишьмя-кишеть»!

«Разобравшись с настроем», Кузьмич наконец-то закинул снасть. Рыбалка началась!

Не прошло и десяти минут, как сторожок, до этого свободно колеблясь, вдруг вздрогнул, на пару секунд замер и резко изогнулся вниз. Выждав ещё мгновение, Кузьмич плавно подсёк и спустя пару минут в садке монетоприёмника уже отчаянно трепыхался небольшой трейдерёнок. Почти малёк, всего-то граммов на десять. Дождавшись, когда с малька слетит последняя чешуинка, Дед осторожно выпустил «обезжиренного» трейдерёнка на волю.

– «Плыви! Наращивай чешую, и если тебя не слопают по дороге твои же собратья, кто знает, может, опять попадёшься на мой крючок!»

Прошло часа четыре, трейдерята клевали вяло, в основном мелочь, самый крупный («Кабан!», - усмехнулся Дед) почти потянул на двадцать граммов. Взглянув на монетоприёмник, Кузьмич вздохнул. М-да, бывали деньки и повеселее: всего-то чуть больше двухсот граммов. Ну что ж, удовольствие, какое-никакое получил, бензин оправдал, пора и до дома!

В это время послышалось шлёпанье вёсел об воду и в залив к Деду заглянул в гости Фартовый, всем своим видом показывая, что только поговорить. Глядя на понурого рыбака, Кузьмич даже посочувствовал ему. Вот вроде ж нормальный с виду мужик, если б ещё не его лень… Года четыре уже на Потоке, а так и не удосужился толком ни места изучить, ни когда и на что ловить. Всё на подсказках живёт…. Ну что ж, давай поговорим, делать-то всё равно нечего!

Кузьмич вновь закинул удочку, и щедро кинул прикормку. Поверхность воды дружно покрылась мелкими кругами. Мальки жадно заглатывали с поверхности нежданно-негаданно свалившийся на голову подарок.

– «Уж больно щедро ты сыплешь!», в голосе Фартового послышалась слабо скрытая зависть. - «Чего мальков-то понапрасну балуешь? Толку-то с них всё одно нет!»

Кузьмич про себя чертыхнулся, и впрямь переборщил, но не признаваться ж теперь в этом, да ещё и кому - Фартовому!

– «Ну, это сейчас нету, а подрастут, вспомнят где их вкусно кормили и приплывут. Вот тогда и будет толк!». Фартовый недоверчиво взглянул на Деда, и озадаченно поскрёб затылок. Неужто и впрямь приплывут?

– «Слышь, Кузьмич, а откуда нынче столь молоди наплодилось-то? Воде раньше-то и не было столько?»

– «Ха! Раньше! Да раньше-то и Потока у нас не было! А нынче, вон какой прорыли, до самого Биржевого моря! А молодь? Ну, это и ежу понятно…. Как только Поток появился, так вместе с ним и заморская «живность» пришла: дилинги да брокеры всякие. Вон посмотри, в любом самом мелком да захудалом заливчике, где только пиявкам да лягушкам раздолье было, сейчас дилинг ворочается, грязь месит, воду мутит, трейдерят плодит да сам с них и кормится. Да ладно бы на Потоке, а то уже и в старицах и озерцах, что с Потоком только во время паводка соединяются и то завелись. А хуже того, что и в прибрежных болотцах да лужах расплодились…. Им-то что, намутят воду, наплодят трейдерят, пожируют. И в новое болото! А трейдерята, глупые, так и сгинут, не за понюшку табака…. И рыбинспекция наша, налоговая, с ними не связывается. Инструкций, видишь ли, у них нет, как с этим зверем бороться.

У Фартового заблестели глаза. Наклонившись в сторону Кузьмича, он заговорщицки проговорил: «Я слышал, что и Брокера и даже Дилинга, умеючи тоже можно на крючок посадить и не хилый профит с них взять!» Кузьмич расхохотался: « Ну, ты даёшь! Да ты хоть, знаешь ли, нет, какие они вонючие? Хуже хорьков! Да пока ты с него хоть одну чешуинку сдерёшь, он тебя такой грязью с ног до головы вымажет, да такую вонь пустит, что если и не задохнёшься, то потом вовек не отмоешься! Нет уж, упаси меня бог от такого «профита!»

Фартовый смущённо потупился (видимо он этого не знал).

– Да, я это так, к слову. Я вот что к тебе…. Посоветоваться хочу, Ты Кузьмич рыбак опытный, авторитетный. В общем, решил я на Фьючерсное Озеро подаваться. Здесь, на Потоке, в последнее время что-то не клюёт. А там говорят самая пора. Опять же, Опционы на нерест пошли. Говорят, так прям икрой и истекают! Вот и хотел тебе предложить…. Давай на пару, а? У тебя катер мощный, я места конкретные знаю…

Давненько Дед так не хохотал! Даже слёзы на глазах выступили. И чуть не прозевал поклёвку. Но всё ж вовремя спохватился. И не переставая хихикать, под завистливым взглядом Фартового опустил в садок вполне приличного трейдерёнка, грамм на пятьдесят и, повинуясь наитию, даже не включил монетоприёмник, чтоб ободрать чешую. Закинув донку, повернулся к Фартовому.

– Вот не устаю тебе удивляться! Небось опять, вместо того чтоб карту фарватера изучать, ты по интернету шарил? Ну откуда Ты можешь знать конкретные места на Озере, где ни разу не был, если ты и на Потоке уж не первый год, а не хрена не знаешь! И не спорь со мной, а лучше послушай. Решать-то, конечно, всё равно тебе, но раз уж сам за советом ко мне пригрёб, то и не вороти рыло, а слушай, что тебе старшие говорят!

Кузьмич вновь насмешливо фыркнул.

– На Озеро, говоришь? Это ты лихо придумал, особенно с моим катером! Нет, брат, шалишь! Если хочешь рискнуть, то рискуй за свой счёт. А на чужой каравай рот не разевай! Ты хоть представляешь, куда ты сунуться хочешь? Это ж тебе не в тёплом заливчике день-деньской дремать. Там, на промысел Рыбаки выходят - не чета нам! И путина длится почитай круглый год, а не день-два! Да и снасть другая. С удочками там и делать нечего! И мой катерок там не справится. На серьёзную рыбу и оснащение надо серьёзное. Такое под силу только цельной Артели. Чтоб и баркас был мощный, и кампания была подходящая. Я, конечно, тоже слышал, что и одиночки отчаянные там обретаются, и куш немалый имеют, но ты им не ровня. Уж не обижайся, говорю что думаю. Да и потом, здесь-то, ты как у Христа за пазухой. Всё тебе знакомо, тебя все знают, если что, так и пожалеют, подскажут, где и на что ловить, а там? На клёвые места не пустят, даже и не мечтай, всё давно уж меж «своих» поделено, так, разве что рядом дозволят, по мелочи. А в компанию не вступишь. Незнакомцев там не жалуют, да и «вступительные» такие, что и твоей лодчонки не хватит, если даже и продать надумаешь, и покупатель какой вдруг найдётся… c дури. И ещё, ты на Потоке хоть одного фининспектора из рыбоохраны видел? Нет? То-то! Твоё дело, хочешь, плати за лицензию, не хочешь не плати. Не пойман – не вор! А вот на Фьючерсном Озере… так там насчёт этого дела строго! Не успеешь приехать и сразу плати. А за какие такие шиши? Да ещё и с каждого улова «отстёгивай», не то, что у нас. А то ведь и «погореть» можно запросто! И ещё, там, на Озере, на «халяву» не порыбачишь, подход требуется серьезный, основательный. А рыба? Ты думаешь, во Фьючерсном Озере только жирные да неповоротливые Опционы водятся? Ха! Ну, ты даёшь! Да там такие хищники, что вместе с моим катером ещё десяток таких же заглотят и не подавятся! Ты думаешь, откуда в Биржевом море Акулы рыночные появляются? А вот из таких вот Фьючерсных Озёр и приплывают! А как только нагуляют жирок, хватку да сноровку отточат, на таких вот как ты, «горе – рыбаках», да прочей рыбной мелочи, так в Океан-Рынок и подаются! А там уж их и вовсе не взять, Воротилами да Магнатами финансовыми становятся, Китами бизнеса. Таких огромадных размеров достигают, что и уму непостижимо. Такого монстра, конечно, добыть-то заманчиво, можно враз озолотиться, но только такое неподъёмное дело разве что только целому государству и под силу. Тут надобно настоящий корабль построить да оснастить. Да и то… года два назад целая китобойная флотилия английская за одним таким китом гонялась, так он чуть всю эту их флотилию ко дну и не пустил! А ихнего флагмана, «Экономику», так «расчихвостил», что до сей поры в доке на приколе стоит и дыры латает! Наверняка этот Кит-Сорос английским шкиперам до сих пор в страшных кошмарах снится, небось, до сих пор во сне вздрагивают.

Кузьмич расхохотался.

– Представляешь? А ведь урок-то впрок не пошёл! Европейские-то «Рыбачки», с десяток лет назад решили артель сколотить, чтоб таких вот Китов приваживать, да общим скопом и брать. И привадили на свою голову! Сетями со всех сторон окружили, что б значит, не ускользнул и, совсем уж было нынче, собрались ободрать его «как липку», да на консервы пустить. А он возьми да и вцепись в их «красу и гордость», в Евро! Да, похоже, что и не один он вцепился, поди, разбери, что ещё за хищники вокруг вьются, такую муть подняли, что и не разглядишь уж кто и где! Плавбаза-то совсем новенькая. Всего-то с десяток лет проходила, но тут такая свистопляска началась, что и не до консервов теперь! Сейчас уже и не поймешь, кто кого поймал. Греки свою шхуну, почитай уже начисто всю в дребезги разбили, того и гляди ко дну пойдут. Испанцы уж замучились свою бригантину конопатить да воду откачивать, тоже не ровен час затонут. Португальцам с итальянцами и вовсе не до рыбалки, до берега догрести бы! А французы-то, небось, уже и тот день прокляли, когда под британскую корону отдаться не захотели. Да и немцы (вот уж действительно «предусмотрительная нация»!), как пить дать, уже втихомолку в музейных архивах копаются, да припоминают, где ж это у них бочонки-то с рейхсмарками зарыты! Разваливается артель-то ихняя, трещит по всем швам!

Кузьмич вновь заливисто расхохотался, но тут же поперхнулся и схватился за донку.

– Ах, ты ж, чёрт!

Удилище изогнулось в дугу и Кузьмич, немного повозившись (и понервничав, слишком уж хлипкой показалась снасть) осторожно вытянул из воды довольно приличного трейдера, с ладошку размером. Полюбовавшись на добычу под завистливым взглядом Фартового, Дед притворно вздохнул и нарочито небрежно произнёс:

– Эх, и мелкий что-то нынче трейдер пошёл, ну никакого с него навару! – и с напускным равнодушием опустил трейдера в садок. Чешуя золотом блеснула на солнце и, монетоприёмник счистив профит, невозмутимо доложил: «сто десять граммов!» Дед привстал в лодке и внимательно осмотрел окрестности. Вроде бы всё по-прежнему. И флэт дует ровно, и камыш вроде бы качается так же вяло. Но чем-то неуловимым повеяло в воздухе. Вдруг засвербило в носу, и Кузьмич неожиданно для себя оглушительно чихнул. Утерев нос, взглянул на Фартового.

– Вот что, паря, некогда мне тут с тобой тары-бары разводить, давай-ка греби отсель. Хошь на берег, хошь к себе в заливчик, а хошь, так и прямиком на Фьючерсное Озеро! Рыбачить мешаешь только.

И, сев на скамейку, начал деловито протирать удилище, демонстративно не замечая гостя. Тот немного посопел обиженно, но спорить с Кузьмичом не стал, а поразмыслив, зашлёпал вёслами назад, к себе в заливчик.

Не успели замолкнуть вдали неторопливые шлепки вёсел Фартового, как послышался ровный гул идущего под всеми парами катера. Дед встрепенулся, неужто «Интернетчик»? С командой катера у Кузьмича был давний уговор, если есть какие стоящие новости, то, что б обязательно к деду заворачивали, поделиться. И хоть стоила эта делёжка не так уж и дёшево, но зато практически всегда окупалась. Вот и сейчас, завидев, что Кузьмич на Потоке, катер, взревев двигателем, влетел в залив. Мощная струя новостей, хлынув из-под винта, перебаламутила воду до самого дна. Сделав круг по заливу, катер вновь вылетел на просторы Потока и понёсся дальше, оставляя за кормой пенный след противоречивых слухов и расходящиеся волны домыслов и сплетен.

Кузьмич с удовлетворением оглядел свой заливчик. Молодцы «Интернетчики», постарались на славу, вот уж действительно, намутили, так намутили! В воде, помутневшей от донного ила и мелкой придонной живности, вперемежку с тиной и водорослями плавали вверх брюхом оглушённые струёй новостей мелкие трейдерята. Слабое течение, образовавшееся из-за катера, медленно относило их на Поток, вливаясь в него широкой мутной полосой. Стена камыша, приняв на себя удар волны от катера, колыхалась словно живая, рисуя своими метёлками причудливый узор.

«Ну, что ж, не зря я значит, второе удилище прихватил, будет и для него работа!». Кузьмич вновь закинул донку, чертыхнувшись про себя, что не догадался заранее оставить в садке живцов. Кто ж знал-то, что катер будет! Как назло, малёк больше не клевал. Парочка трейдерят, что Кузьмич выловил за каких-то пятнадцать минут, для живца была крупновата. Но и тянуть резину было не с руки. В другой бы раз Дед такому улову и рад был бы, но не сегодня. Поймав очередного «переростка» Кузьмич смирился. Или этих ловить, набирая профит помаленьку, или рискнуть, поставить донку с таким вот «переростком» и перспективой не поймать ничего. Кузьмич выбрал второе. Все-таки была надежда на то, что, оголодав за три дня, на мутную струю из мелкой живности и «контуженых мальков, что несло из залива в Поток, подтянется крупняк.

Часовой сторожок-стохастик неподвижно замер, не реагируя на мелкие волны, что всё никак не могли успокоиться и продолжали бродить по Потоку, то отражаясь от его берегов, то сталкиваясь меж собой и образовывая при этом небольшие завихрения. В соседнем заливчике, Фартовый, по примеру Деда перебравшийся ближе к свалу, привычно кемарил в своей лодке. Кузьмич вздохнул.

– Эх, крупноват всё ж таки живец! – и достав из рюкзачка термос с кофе, приготовился к долгому ожиданию, но не успел и кружку допить.

Сторожок вдруг слегка кивнул, на секунду замер и уверенно выгнулся вниз, показывая, что добыча приманку заглотила. Отставив кружку, Кузьмич взялся за удилище и мысленно перекрестившись, подсёк. На другом конце упруго заходила крупная рыбина. В груди Деда разлилось приятное тепло.

– Есть! Этот будет мой!

Провозившись не меньше получаса, взмокнув от пота (да ещё, раззява, и кофе на себя пролил, будь оно не ладно), Кузьмич наконец-то завёл выдохшегося подинвестора в сачок монетоприёмника.

– Ого! Пять с половиной килограммов. Давненько такие не попадались, знатный улов!

Кузьмич расслабленно сидел на скамейке, благодушно взирая на обезжиренного подинвестора. Ничего, уж этот-то не пропадёт. Вон, до каких размеров вымахал! Небось, года два уже на Потоке жирует, мелочь гоняя. Отъестся быстро! Выпустив очумевшую добычу обратно в воду, Кузьмич с сомнением взглянул на живцов. Один другого больше, скорее уж их самих надо обезжиривать, чем вместо приманки использовать. Но времени до вечера ещё навалом, дел особо срочных нет никаких, погода прекрасная. И заменив сторожок на 4-х часовой стохастик, Дед, выбрав самого мелкого на вид, вновь забросил донку поглубже.

Откинувшись на сидении назад и удобно облокотившись, немного понаблюдал за донкой. Удилище надёжно закреплено в держаке, сторожок замер неподвижно, и Кузьмич сладко зевнув (всё-таки встал-то с утра пораньше), на минутку прикрыл глаза. Надо бы прикинуть, что стоит прикупить на сегодняшний улов. Да и отложить сколько-нибудь, то же надобно, лапочка-супруга обновку хочет. Ей, видишь ли, втемяшилось в голову, что непременно надо шубку новую. Мол, «я в девичестве в пальтишках драных намёрзлась, хочу хотя бы под старость, душу и тело, в тепле погреть!». Душа-то у неё добрая, хоть иногда и ворчит не по делу. Опять же, какая ж она «старая»? Да и тело… перед Кузьмичом во всей красе предстала его Лапочка. Только вид у неё почему-то был укоризненный, и щелчки какие-то странные откуда-то доносились…

Кузьмич вздрогнул, открыл глаза, и ошалело закрутил головой. Бог ты мой, уснул! Уж и солнце клонится к закату, пора бы и домой собираться. Вновь послышался щелчок и только тут до засони дошло: да это ж катушка леску сбрасывает! Внутренне похолодев, взглянул на счётчик. Вот тебе и прикупил обновки! Весь профит, добытый за день уже утянулся вместе с леской и сейчас катушка отматывала установленный на отсекателе лимит. Топляк! Ах, ты ж… Взяв в руки удилище, Дед безнадёжно потянул его на себя, катушка протестующее защелкала, ускорив сброс лески. Но вдруг остановилась, и Кузьмич почувствовал еле ощутимое подрагивание удилища. Крупняк! Но какой! Вот и помечтал, называется! Сейчас, пожалуй, и всю оставшуюся леску смотает, хотя выход конечно есть. Можно плюнуть на всё и отсечь уже смотанное, зафиксировав убыток. А можно и побороться, рискуя остатком. И Кузьмич рискнул.

Отрешившись от всего окружающего и сосредоточившись только на своём противнике, медленно и методично начал возвращать назад «проспатое». То, наматывая леску на катушку и подтягивая к себе упирающегося кабана, то быстро возвращая только что наработанное при его резких бросках в стороны, держа и себя и добычу в постоянном напряжении, не давая ни секунды передышки, ни себе ни противнику. Несколько раз, при особенно сильных рывках, палец сам малодушно тянулся к кнопке отсекателя, но прокачав ситуацию Дед стискивал зубы и давал добыче возможность погулять. В этой борьбе нервов мог победить только один и, часа через три у Кузьмича появилась слабенькая уверенность в том, что его нервы окажутся крепче. Но прошло ещё два часа, прежде чем Дед окончательно понял, что побеждает. Похоже, это понял и его соперник, предприняв отчаянную попытку оторваться, и почти преуспел в этом, но выдохся. На последних метрах Кузьмич просто бездумно и устало сматывал леску на катушку, почти не ощущая никакого сопротивления. И потом долго сидел, безучастно и равнодушно глядя на табло монетоприёмника, не испытывая при этом никаких чувств от одержанной победы. Чешуинки-золотинки матёрого красавца-инвестора потянули почти на два пуда! О таких уловах, да ещё и на обычную дневную донку, Кузьмич только слышал, а вот подишь ты, и сам сподобился!

Первые звёзды робко мерцали в ночном небе, когда Кузьмич устало вышел за ворота Акмоса. Поправив лямки рюкзака (без малого сорок килограммов!), свернул на знакомую тропку и зашагал домой. Уж, поди, заждалась Лапочка своего-то Рыбака! Ничего, пусть подождёт, небось, крепче обрадуется. Будет ей теперь шубка! И движок новый на катер, наверное, всё ж куплю, да и в сам катер вложу толику, пусть помощнее будет. А вот на Поток ни завтра, ни послезавтра не пойду. Отдохнуть надо, после сегодняшнего с недельку! Но на речку, пожалуй, сбегаю, карасей в сметане уж больно хочется…




Статья "Версия для печати. Кузьмич. (Интрадэй) Часть I - Часть V " написана:

копирайтер sotnik [Рейтинг: 5]


Cтатьи копирайтера по схожим темам:

Портфолио копирайтеров на TextSale.ru | Статьи на тему "Форекс, биржи, валюты"