Тургеневская девушка

Портфолио копирайтеров на TextSale.ru - Статьи на тему "Личная жизнь"


Многим из нас этот эпитет знаком со школьной скамьи.

Наших с вами героинь часто характеризуют расхожими штампами - интеллигентка, барышня кисейная, нежная, романтичная идеалистка, поэтичная, плаксивая. Большая часть этих черт наслоилась от времени, отделяющего нас от той эпохи, от смешения черт, присущих нескольким типам, в действительности, часто противоречащим друг другу. Но, все же, каковы главные, определяющие черты этого литературного стереотипа, откуда он у нас появился, и, наконец, соответствует ли этот образ нашей, русской действительности?

Сначала следует отметить, что персонажи этого типа, или, по крайней мере, наделенные отдельными, или неявно выраженными его чертами встречаются не только в произведениях Тургенева, но и других авторов, начиная с довольно нарицательной Татьяны Лариной у Пушкина, заканчивая героинями некоторых рассказов А. Чехова и И. Бунина.

Русская литература XIX в., как и культура той эпохи, в целом формировалась под влиянием западноевропейской культуры. Литература, в частности, была пронизана веяниями Жорж Санд. если говорить о ее героинях, то, в качестве нарицательного примера можно привести Консуэло, более популярную ныне благодаря соционике - сомнительной научной теории, в которой эта Консуэло послужила одним из шаблонов, именуемого сенсорно-логический интроверт.

Основной чертой этого типа является, прежде всего, не тонкая душевная организация, а феноменальный альтруизм, главным образом, в контексте отношений со своим избранником. Этот тип наделен чертой, совершенно не укладывающейся в голове у большинства современных мужчин - женщина в своем выборе не просто пренебрегает материальной выгодой, но, как будто нечаянно, влюбляется в мужчину, даже менее приспособленного в социуме, чем она сама. Чувство здесь начинается с сострадания женщины к мужчине.

К вопросу о том, какое же отношение это имеет к России, или может ли иметь вообще, мы еще вернемся далее.

На первый взгляд может показаться, что этот образ мог появиться только в воображении такой западной феминистки, как Жорж Санд, и скорее всего, к нормальным, женщинам, исповедующим традиционные семейные ценности, отношения иметь не может.

Нет. Этот литературный штамп отнюдь не был плодом одной своей эпохи, а его настоящие прототипы никогда не противоречили "традиционным" ценностям. Это литературная реинкарнация типажа, широко известного в романском мире как в виде литературных персонажей, по большей части порожденных в Новое время, так и среди исторических личностей, отсчет которых можно начинать с истории этрусков, восстания Спартака, житий древних христиан, заканчивая, к примеру, Лоренцей Калиостро и нашей современницей, графиней делла Герардеска-Романовой. Все это женщины высшего общества, разделившие свою судьбу с избранниками, находившимися в свое время в довольно затруднительном положении.

Сходство этих судеб не случайно. Известно, что в древних матриархальных обществах, например, социальное положение человека определялось происхождением матери. Так, сын аристократки и раба рождался и жил аристократом, а вот сын аристократа и рабыни от рождения был рабом. А вот положение дел в патриархальном обществе хорошо иллюстрируется русским обществом при крепостном праве в автобиографической повести Н. Лескова «Юдоль» на примере однодворки Аграфены, которая не смогла спасти своих детей от голода, потому что они, рожденные от отца-крепостного, были собственностью отца писателя.

В исторической науке господствует мнение, что матриархат был распространен на большинстве территории Евразии, и, сменивший его патриархат был насажден индоевропейскими завоевателями – в Евразии и семитскими – на Ближнем Востоке. Другие современные ученые являются противниками этой теории, поскольку основывается она лишь на экономических доводах – противопоставлении оседлых земледельцев кочевникам-скотоводам.

В любом случае совершенно понятно, что поведение тургеневских девушек и их западных «родственниц» (скорее всего – без кавычек) нельзя объяснить лишь как матриархальный рудимент. На самом деле и рудименты эти у многих народов разные – например, скифские и сарматские девушки ходили на войну и сражались вместе со своими мужчинами (к их потомкам, скорее можно отнести знаменитые строки Некрасова, кстати, заимствованные из древнегреческого эпоса), а фракийки предавались промискуитету до брака также как и современные туарегские женщины, несмотря на то, что туареги – мусульмане.

На мой взгляд, все дело в особенной силе материнского инстинкта, присущей некоторым женщинам. Дело в том, что этот инстинкт проявляется у разных женщин с разной силой, также как, например, и половой инстинкт у мужчин, и также, наверное, зависит от происхождения женщины. Таким женщинам присуще сострадание к любым страдающим людям вообще. Эта же сила движет женщиной в отношениях с мужчиной. Мужчина для нее является, по сути, в первую очередь, первым ребенком, потом уж мужчиной.

Здесь к месту упомянуть и мнение так называемых эволюционных психологов, утверждающих прямо обратное вышесказанному – что материнский инстинкт побуждает женщину предпочитать мужчин с более высоким социальным положением – с целью материального обеспечения будущего потомства. Это мнение я упоминаю в связи с тем, что его поддерживают многие недалекие мужчины (вероятно, желающие объяснить свои неуспехи в личной жизни только скромными доходами, и скрыть за этим фактическое отсутствие других, более элементарных признаков мужественности, зачастую, банальных физиологических).

Вся несостоятельность этого заблуждения, на самом деле, доказывается очень легко. Его авторы делают ставку на заботу женщины о будущем потомстве. Но ведь инстинкты, как чувства слепые и недальновидные по своей природе, не могут относиться к объектам будущим, а, следовательно, воображаемым, а лишь настоящим – осязаемым прямо здесь и сейчас. Поэтому, отнесем любые заботы о будущем к области ума, а не инстинктов. Также это подтверждается мнением знаменитого итальянского врача и криминалиста XIX ст., Ч. Ломброзо, считавшего жадность и расчетливость у женщин, в числе других пороков, как раз обратно пропорциональными силе материнского инстинкта.

Теперь, как было обещано ранее, вспомним о России. Существование здесь женщин, подобных тургеневским героиням отнюдь не ограничивается фантазиями авторов Золотого века. Например, вышеупомянутая Аграфена из повести Лескова действительно существовала в конце 30-х гг позапрошлого века.

Но, все же, откуда корни этих женщин? В некоторых произведениях Тургенев, и другие авторы, описывают родословную своих героинь по прямой материнской линии, восходящую к какой-нибудь кавказской или восточной княжне, или к южной иностранке. В другом же произведении фигурирует сирота украинка, воспитанная в России. Но, в большинстве случаев это обычные русские женщины безо всяких оговорок. На мой взгляд, тургеневские девушки действительно есть среди нас, и корни их скрыты в глубине веков, в то самое время, когда налаживались взаимоотношения зарубинцев и венетов, что стало началом смешанного славянского языка и культуры.

Но, все же различие культур предполагает различие и судеб русских и западных героинь. Если у последних отношения с мужчиной страдают от неприятия их родной средой, то тургеневские девушки чаще всего сами разочаровываются в мужчине, чьи идеалы на деле либо не соответствуют их заявлениям и собственной максималистской планке девушки, либо же, мужчина слишком поздно осознает свою несерьезность и лицемерие - когда путь к счастью уже закрыт.

Е. Н. Маник




Статья "Тургеневская девушка" написана:

копирайтер rasenno [Рейтинг: 7]


Cтатьи копирайтера по схожим темам:

Портфолио копирайтеров на TextSale.ru | Статьи на тему "Личная жизнь"