КАК ЛИЧНАЯ ТРАГЕДИЯ ВЕРДИ ПЕРЕРОСЛА В МУЗЫКАЛЬНЫЙ ШЕДЕВР - копирайтинг

Портфолио копирайтеров на TextSale.ru - Статьи на тему "Знаменитости"


Александр Дюма-сын как-то раз заметил: «Через пятьдесят лет никто не вспомнил бы о моей «Даме с камелиями», но Верди обессмертил ее». И теперь, спустя более 150 лет после премьеры одной из самых знаменитых опер Джузеппе Верди, можно только подивиться прозорливости именитого литератора. А ведь оба они - и писатель, и музыкант жили и творили в позапрошлом веке. И действительно, опера «Травиата», любимое детище великого композитора, до сих пор не исчезает из репертуара самых престижных оперных подмостков мира. Между тем премьера спектакля, которая состоялась 6 марта 1853 года в театре « Ла Фениче» (в Венеции), успеха не имела. Более того, спектакль был освистан. Критики сходились в одном: главная причина провала представления отнюдь не музыке, а в том, как неудачно была подобрана актриса на роль главной героини Виолетты. Певица почтенного возраста и крупной коллекции никак не напоминала истощенную, худенькую и молодую куртизанку, умирающую от туберкулеза. Во время премьеры композитор находился в зале. Ему хотелось закрыть уши, чтобы не слышать злобных криков, свиста и злорадного смеха. На следующий день автор прочитал в одной из газет: «Музыка вполголоса в последнем акте не слышна, ее заглушает смех публики». Но некоторые журналисты-меломаны все же не остались холодны к новой работе Верди. И один из них отметил: «Дуэт из второго акта – это особенно убедительный пример уже очевидных попыток Верди освободиться от оков старых оперных форм». Маэстро, конечно, сильно расстроился: ведь он вложил в «Травиату» всего себя. Его музыка воспевала подлинную любовь и оплакивала не только потерю молодой любящей женщины. В ней отразилось глубокие душевные страдания самого композитора в связи с трагической смертью его первой и нежно им любимой жены - Маргериты Бареззи. Всю оставшуюся жизнь после ее кончины музыкант так и не смирился со страшной потерей. И даже второй брак (вначале – гражданский, а затем и оформленный официально) с певицей Джузеппиной Стреппони не вернул ему полного душевного равновесия. Несмотря на то, что актриса буквально боготворила увенчанного при жизни лаврами композитора

А вот нежное чувство, большую страсть к той единственной, пламенно любимой и непреходящую боль от тяжелейшей потери Джузеппе излил в музыке этой оперы. По свидетельству Франца Верфеля, биографа музыканта, через четверть века после памятной премьеры Верди снова оказался в Венеции. В одну из прогулок по городу « в нем вдруг запела широкая, неисчерпаемая мелодия «Травиаты». Запела так властно, что он остановился и зарыдал. И сразу смолк…». Маэстро тогда спросил самого себя: что же произошло? И после лихорадочного раздумья сообразил: это - просто эмоциональная вспышка. Вспышка, никак не зависящая от его сознания! И она только усилила его душевное смятение - напомнила о неизбывном горе. Тут же память вернула маэстро к тем дням, когда он в сельской глуши, в своем имении Сант-Агата, сочинял музыку «Травиаты». Сочинял, забыв даже о своем хобби: сельском хозяйстве. А об этом его увлечении Стреппони говорила своим приятелям не без горечи: «Любовь Верди к сельской жизни стала манией, безумством, сумасшествием». И неожиданно одно «сумасшествие» было напрочь вытеснено другим… Замысел «Травиаты» родился в 1852 году в Париже. Туда 39-летний композитор приехал вместе с Джузеппиной. Он вел переговоры с театром «Гранд Опера» на предмет заключения контракта по поводу написания новой оперы. Чета Верди жила в гостинице уединенно. Время от времени Верди обращался к работе над партитурой «Трубадура». Сочинение близилось к завершению. Джузеппе отвлекался от музыки лишь на встречи с администрацией «Гранд Опера». И только однажды его спутница уговорила композитора сходить в театр на спектакль по пьесе Александра Дюма-сына «Дама с камелиями» - о ней тогда говорил весь Париж. Пьеса была переделана из романа с одноименным названием. Тот увидел свет еще в 1848 году. В основу произведения была положена реальная история. И она имела прямое отношение к самому автору. Прототипом главной героини писателю послужила Мари Дюплесси.– дама полусвета и куртизанка. Ее ослепительная красота, утонченная женственность и незаурядный ум (редкое в человеческой природе сочетание) притягивали многих выдающихся людей. Достаточно назвать таких ее поклонников, как композитор Ференц Лист и поэт Теофиль Готье. Среди обожателей обворожительной женщины оказался и начинающий писатель, сын прославленного автора «Трех мушкетеров». В романе (а затем и пьесе) героиня Дюма - Маргарита Готье, бедная крестьянская девушка. Она приехала в Париж на заработки. И случайно пошла по «кривой дорожке»: её соблазнили дорогие подарки и деньги богатеев. Когда же парижские театралы познакомились с произведением Дюма, то многие в куртизанке Готье узнали Мари Дюплесси. А юный возлюбленный Маргариты - Арман Дюваль был как две капли воды похож на самого сочинителя. Театральная премьера произвела настоящий фурор. Верди был также глубоко взволнован увиденным на сцене. И почти сразу решил написать оперу. И как-то само собой родилось её название: «Травиата». В переводе с итальянского языка оно означает «падшая женщина». К написанию либретто композитор привлек весьма искусного мастера любовного жанра Франческо Мариа Пиаве. По просьбе композитора Пиаве упростил драматургический сюжет. Однако оставил в неприкосновенности основную сюжетную линию: драму Виолетты Валери ( Маргариты Готье) и Альфреда Жермона (Армана Дюваля). Верди непременно хотел избежать, как он говорил либреттисту, «некоторых длиннот, от которых публика может уснуть. Особенно в финале – тот должен быть стремительным, если хочешь добиться эффекта». Сочинял Верди музыку к «Травиате» запоем. Стояла пасмурная, тоскливая погода. Казалось, она никак не стимулировала маэстро к творчеству. Джузеппе в те дни писал Пьяве: «Здесь же, когда идет дождь, уверяю тебя, надо посмотреть в зеркало, чтобы убедиться, что ты еще сохранил человеческий облик, а не превратился в лягушку или жабу». Тем не менее он трудился в жестком, изнуряющем ритме. Усилием воли непреклонного в достижении цели крестьянина, каким композитор и был по рождению, преодолевал он усталость. И признавался: «Жду не дождусь, когда смогу сказать аминь». Но пока до конца еще далеко. Он запирается в своем кабинете и целыми днями не встречается и не разговаривает с Джузеппиной. Любящая женщина, которая живет с ним под одной крышей, умоляет хоть о толике внимания к собственной персоне. Она шлет своему повелителю лаконичные записки: «Если б я могла видеть тебя хотя бы четверть часа в сутки, душа бы моя радовалась, я работала бы, писала, читала, и время проходило бы быстрее. А так… Но оставим этот разговор, потому что я сейчас расплачусь». Но Верди не трогают подобные сантименты. Какой парадокс! Ведь в это самое время он создает исполненную нежности, по-настоящему совершенную песню любви. Фактически Верди живет сразу двумя жизнями. В одной, реальной и обыденной, композитор – воплощение душевной сдержанности и приземленной практичности. В жизни же творческой Джузеппе предстает натурой тонкой, великодушной, порывистой. Никогда прежде ни один персонаж в его операх не занимал столько места и не имел такого значения для художника, как Виолетта. Всё внимание композитора сосредоточено на ее образе. На прекрасном образе его современницы, которая живет в Париже. В создаваемом творении маэстро обходится без пафосных и героических нот. Интимный, камерный характер драмы раскрывается в действиях и поступках Виолетты. Молодой и привлекательной куртизанке суждено испытать любовь, пережить измену возлюбленного, как потом выясняется, - мнимую измену и принять смерть, несколько облегченную знанием, что она по-прежнему горячо любима дорогим Альфредом. В отличие от Дюма, в опере почти не ощущается линия социальной критики. Зато создан отчетливо запоминающийся портрет молодой женщины с нежной душой. Что вполне соответствовало характеристике прототипа, данной Дюма: «В ней была видна непорочная девушка, которую ничтожный случай сделал куртизанкой, и куртизанка, которую ничтожный случай мог превратить в самую любящую, чистую женщину…». Позже Марсель Пруст скажет о «Травиате»: «Верди придал «Даме с камелиями» стиль, которого не хватало драме Дюма». Достичь средствами одной только музыки заоблачных вершин в изображении ярких человеческих чувств по плечу только художнику-титану. Чтобы понять это, достаточно только послушать, например, дуэт во втором акте Виолетты и Жермона или Виолетты и Альфреда («Я буду там, среди цветов, рядом с тобой, всегда, всегда, всегда, рядом с тобой».) И больше не нужно никаких комментариев. Потрясает сама музыка, а слова… они просто отодвигаются на второй план. Или эпизод, когда Виолетта обращается к возлюбленному - «Люби меня, Альфред»?! Он становится поистине величественным. Ибо в этом фрагменте мы явственно слышим, ощущаем кожей трогательный всплеск движений души героини. Но не менее завораживает и последний акт – в нем звучит предчувствие смерти, обреченность, бесконечная печаль о несбыточном счастье. «Жизнь – обман с чарующей тоской», - как скажет позже русский поэтический гений первой четверти двадцатого столетия. Увы, это так: кончина всегда неотвратима. После последнего вздоха Виолетты звучат еще шестнадцать тактов – и оркестр буквально взрывается. А потом затихает как бы в мрачном раздумье. Какой мощный, исполненный глубокого трагизма финал!…

Но вернемся к тем мартовским дням далекого 1853 года, когда композитора одолевала горечь и досада от неприятия публикой его произведения. К счастью, это событие не поколебало уверенности Верди в значимости своего творения. Так, из письма композитора к его другу Муцио мы узнаем: «Травиата» вчера потерпела фиаско. Не будем ломать голову над причинами: кто виноват – я или певцы?.. Время покажет». Интуиция не подвела художника. Уже через год в той же Венеции в собственном театре «San Benedetto» Антонио Галло, самозабвенный почитатель таланта маэстро, осуществил новую постановку «Травиаты». Чтобы угодить вкусовым традициям слушателей, Галло уговорил автора пойти на компромисс: перенести действие в ХVIII столетие. В той исторической обстановке все герои носили бы старинные костюмы. И этот нюанс постановки действительно сработал в пользу признания спектакля. Но главную лепту внесли великолепный ансамбль певцов и оркестр, выделявшийся слаженным звучанием всех инструментов. И успех «новой» «Травиаты» превзошел все ожидания. Через два года оперу восторженно приветствовали театралы Лондона и Парижа. А потом в течение короткого времени «Травиата» обошла все театры Европы и прочно, уже в первоначальном варианте утвердилась в репертуаре. В чем же секрет такого триумфального признания? Кажется, главную причину его раскрыл Франц Верфель в романе «Верди». Доктор Карваньо, один из персонажей, обращается к композиторуа: «Сострадание к женщине! Да, эти слова дают ключ к вашей музыке, маэстро». Между тем популярность «Травиаты» ширилась. Со временем Верди опостылело такое обстоятельство: куда бы он ни поехал, всюду - на улицах городов звучали мелодии из «Травиаты». Однажды на водах курорта Монтекатини композитор даже скупил шарманки у тридцати уличных музыкантов, чтобы снова не слышать «затасканных» мелодий. Он никак не мог постичь, почему именно «Травиата», а также «Риголетто» и «Трубадур» стали приоритетами в репертуаре шарманщиков. Почему бы им ни сыграть что-либо не такое приевшееся уху? Например, из «Леди Макбет» или «Симона Бокканегры» - опер, которые самому автору нравились своей добротностью выделки музыкальной ткани. Но, увы, о них мало кто знал из широкой публики…




Статья " КАК ЛИЧНАЯ ТРАГЕДИЯ ВЕРДИ ПЕРЕРОСЛА В МУЗЫКАЛЬНЫЙ ШЕДЕВР " написана:

копирайтер foxwinter [Рейтинг: 6]


Cтатьи копирайтера по схожим темам:

Портфолио копирайтеров на TextSale.ru | Статьи на тему "Знаменитости"